Описание картины Веласкеса «Менины»

Это замечательное произведение Диего Веласкеса давно уже вошло в пантеон мировых шедевров и стало так привычно для наших глаз, что мы почти не замечаем в нём нарушений-всех правил групповых портретов. Между тем, этот холст примечателен тем, что в нём запечатлено всё то, что обычно не принято было показывать: он изображает закулисную сторону придворной жизни.

«Менины» привлекают до сих пор внимание зрителей главным образом своим сюжетом. Согласно толкованию старинного испанского историка Пало-мино, в картине изображён сам художник за писанием портрета короля Филиппа IV и Анны Австрийской. Короля и королевы не видно. Предполагается, что они находятся за пределами картины, перед ней. На это указывает их смутное отражение в зеркале, в глубине комнаты. Зато на первом плане картины запечатлено всё то, что представляется глазам позирующих. Художник с кистью и палитрой всматривается в свои модели, выглядывая из-за мольберта. Рядом с ним, среди комнаты, стоит крошечная инфанта Маргарита, которую привели для развлечения королевской четы во время утомительных сеансов.

Инфанта служит центром внимания всех персонажей и занимает центральное положение в картине. Её головка приходится строго в середине огромного полотна. Однако это положение требует оговорок и поправок. Выставленный вперёд холст отсекает слева узкую полосу картины. Собственно, картиной следует считать пролёт, занятый фигурами, а в его пределах центральное место принадлежит не инфанте, а фигуре остановившегося в дверях гофмаршала дон Хосе Нието. Он выступает таким резким силуэтом на светлом фоне двери, что глаз зрителя, минуя фигуры переднего плана, невольно стремится к нему. Это не значит, конечно, что преобладающая роль инфанты полностью уничтожается, но это делает её преобладание наполовину фиктивным.

Зритель вообще не сразу замечает её центральное положение. Недаром картина была названа по имени второстепенных персонажей, двух статс-дам, по-испански менин. Ту из них, которая подаёт инфанте сосуд, звали донья Мария Сармиенто, другую — Изабелла де Веласко. За Изабеллой из полумрака выступает женщина в монашеском наряде, донья Марсела де Уллоа, и гвардадамас — придворный чин, обязанный повсюду сопровождать инфанту. Не позабыты любимые забавы испанского двора: крохотный карлик Николасито Перту-сато толкает ногой невозмутимо дремлющую огромную собаку. Рядом степенно выступает уродливая карлица Мария Барбола. Вся картина построена на парных противопоставлениях.

Это сказывается в двух склонившихся менинах, в соответствии зеркала и двери и двух мифологических картин на задней стене. Среди этих соответствий бросается в глаза странное сходство маленькой инфанты и карлицы Барболы. Тот же бессмысленный взгляд, та же смешная степенность, почти тот же наряд. Уродка Барбола — это как бы пародия на миловидный, почти неземной образ белокурой, голубоглазой инфанты. Включение карликов в групповой портрет не только увековечивает их наравне с высочайшими особами, но и низводит этих особ с их пьедестала.

Действие происходит в просторном покое королевского дворца, отведённом художнику под мастерскую. Это толкование сюжета вызывает некоторые недоумения. Среди произведений Веласкеса нет ни одного парного портрета Филиппа и Анны, а сведений о нём не имеется и в старинных дворцовых описях.

       

Было высказано предположение, что на холсте, стоящем перед художником, следует предполагать не изображение Филиппа с супругой, а инфанты в кругу придворных, то есть всего того, что видно на холсте «Менины», причём художник позволил себе вольность: чтобы показать свою принадлежность ко двору, он перевернул свой холст и изобразил себя рядом с инфантой, между тем как должен был стоять перед ней.

Это толкование так же трудно доказать, как и опровергнуть. Никому никогда не удастся взглянуть на холст, повёрнутый к зрителю своей оборотной стороной. Но следует решительно возражать против самой постановки вопроса.

Очень вероятно, что парного портрета Филиппа и Анны не существовало, и ещё более вероятно, что вообще никогда не случалось, чтобы Филипп с Анной, позируя вдвоём, смотрелись в зеркало, а инфанта их развлекала. Но правда портрета - правда поэтическая, а не документальная. В основе его лежит художественный замысел, а не фотографическое воспроизведение случайной ситуации. Художник за писанием королевской четы - эта тема послужила отправным пунктом Веласкесу. И он вложил в свой замысел всё своё мироощущение, выразил его своеобразным строением картины, композицией, пространством, светотенью, красками.

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Рефератов нет, есть поурочные планы и разработки уроков