Музейный урок: «Покаяние нужно живым, а не мертвым»

Цель:

    Воспитать патриотические чувства учащихся. Развить уважительное отношение к жертвам политических репрессий прошлого века. Пробудить у учащихся интерес к истории своих предков. Развить артистические художественные способности учащихся.

Задачи:

Формирование опыта нравственного поведения личности. Формирование гражданско-патриотической позиции учащихся. Воспитание у учащихся любви к истории Родного края.

Оборудование: свечи, цветы, музейные экспозиции, музыкальное оформление (музыка Л. В. Бетховена).

Эпиграф:
Пусть история всех нас рассудит
И оценку пусть каждому даст.
Пусть о павших никто не забудет,
И хоть кто-то расскажет о нас.

Ведущий: История политических репрессий уходит своими корнями в древность. Борьба с инакомыслием шла в мире в разных проявлениях на протяжении веков. Наиболее остро нами воспринимаются сталинские репрессии, потому что, живы люди, пережившие их.

Чтец:
Я расскажу тебе про — великий обман:
Я расскажу тебе, как ниспадает туман
На молодые деревья, на старые пни.
Я расскажу тебе, как погасают огни
В низких домах, как — пришелец египетских стран —
В узкую дудку под деревом дует цыган.
Я расскажу тебе — про великую ложь:
Я расскажу тебе, как зажимается нож
В узкой руке, как вздымаются ветром веков
Кудри у юных — и бороды у стариков.
Рокот веков.
Топот подков.

Много суровых испытаний, жертв и лишений выпало в ХХ веке на нашу страну. Две мировые и Гражданская война, голод и разруха, политическая нестабильность унесли десятки миллионов жизней.

Годы и память… Эти два понятия всегда стоят рядом и неотделимы друг от друга: чем дальше годы, тем острее память. Белизною седин, россыпью мелких морщин отмечено прожитое. Время, оно, словно мельчайшее сито, отсеивает все второстепенное и оставляет в памяти человеческой только самое важное, незабываемое. Но память хранит не только светлое, но и темное. Таковыми являются и репрессии в период сталинщины.

У многих незаконно репрессированных уже не осталось в этом мире никого из родных и близких. Так нужно ли нам сейчас такое покаяние? Не просто нужно, а крайне необходимо. Хотя бы для того, чтобы впредь неповадно было кому-либо ломать чью-то судьбу, навешивая ярлык врага народа. Восстановления справедливости в отношении жертв репрессий требует само время.

Чтец: Стихотворение «Память»

Народом чаша выпита до дна
За ту войну в четыре долгих года,
Но всем нам помнится еще одна война,
Сгубившая часть нашего народа.

Вел ту войну палач из палачей,
С ним берии, ежовы и ягоды.
Мы испытали: нет войны страшней,
Когда воюют с собственным народом.

Страну покрыли сетью лагерей,
Где псы и стражи злые без предела.
Там зэков не считали за людей:
Их жизнь цены в Гулаге не имела.

Людей тогда казнили без суда
По знаку палачей в расстрельных списках,
И жертвы исчезали без следа.
Над ними ни крестов, ни обелисков.

И данных нет — безмолвствуют архивы,
Родных могил уже не отыскать.
Друзья мои, пока мы с вами живы,
Успеть бы поименно всех назвать.

И всегда хранить в нашей памяти,
Их забыть — для нас тяжелый грех.
Пусть воздвигнутый в Перми памятник
Будет общим — один на всех!

Трагична и печальна судьба людей, арестованных по чьему-либо грязному доносу. Берия — сталинский молох — крошил, в первую очередь, людей мыслящих и честных, способных принимать самостоятельные решения. Впоследствии этот молох превратился в целую систему, винтиками которой были угодливые исполнители. Чем угодливее винтик, тем большее кресло он занимал.

Нам, конечно, легче давать оценку событиям тех лет с высоты своего времени. Однако тогда, более полстолетия тому назад, известной всем нам «тройке» тоже, наверное, казалось, что их приговоры способствуют очищению общества. Тысячи и тысячи людей оказались в беспрерывно крутящейся мясорубке. У многих из приговоренных остались сегодня лишь фамилия да маленькое тире между датами их жизни.

Долгое время события, связанные с периодом политических репрессий 1920 — 1950гг., замалчивались. Но прошло время и стали появляться архивные публикации и воспоминания непосредственных участников трагедии минувших лет. Правда обрушилась на нас с такой беспощадной откровенностью, что стало больно и страшно.

       

Чтец:
Разберемся во всем, что видели,
Что случилось, что осталось в стране,
И простим, где нас горько обидели
По чужой и по нашей стране.
(С. Есенин)

Ведущий:

    1918год. Расстреляно 3000 служителей церкви.
    1920–1930 годы. Осуждено более 500 тысяч крестьян.
    1938–1941 годы. Репрессировано 3890 человек, свыше 35 тысяч из них расстреляны.
    1941–1950 годы. Репрессированы 994 тысячи человек, из которых 157 тысяч расстреляно.
    1940–1961 годы. Репрессировано по национальному составу 3,5 миллиона человек.

Чтец: Отрывок из поэмы «Реквием»

Опять поминальный приблизился час.
Я вижу, я слышу, я чувствую вас:
И ту, что едва до окна довели,
И ту, что родимой не топчет земли,
И ту, что красивой тряхнув головой,
Сказала: «Сюда прихожу, как домой».
Хотелось бы всех поименно назвать,
Да отняли список, и негде узнать.
Для них соткала я широкий покров
Из бедных, у них же подслушанных слов.
О них вспоминаю всегда и везде,
О них не забуду и в новой беде,
И если зажмут мой измученный рот,
Которым кричит стомильонный народ,
Пусть так же они поминают меня
В канун моего поминального дня.
А если когда-нибудь в этой стране
Воздвигнуть задумают памятник мне,
Согласье на это даю торжество,
Но только с условьем — не ставить его
Ни около моря, где я родилась:
Последняя с морем разорвана связь,
Ни в царском саду у заветного пня,
Где тень безутешная ищет меня,
А здесь, где стояла я триста часов
И где для меня не открыли засов.
Затем, что и в смерти блаженной боюсь
Забыть громыхание черных Марусь,
Забыть, как постылая хлопала дверь
И выла старуха, как раненый зверь.
И пусть с неподвижных и бронзовых век,
Как слезы, струится подтаявший снег,
И голубь тюремный пусть гулит вдали,
И тихо идут по Неве корабли.

Ведущий: В нашей стране 31 мая — особый день, день памяти погибшим в годы репрессий. Этот день напоминание о трагических страницах в истории страны, когда тысячи людей были необоснованно подвергнуты репрессиям, обвинены в преступлениях, отправлены в исправительно-трудовые лагеря, в ссылку и на спецпоселения, лишены жизни.

Чтец: «Посвящение» А. Ахматова

Перед этим горем гнуться горы,
Не течет великая река,
Но крепки тюремные затворы,
А за ними «каторжные норы»
И смертельная тоска.
Для кого-то веет ветер свежий,
Для кого-то нежится закат —
Мы не знаем, мы повсюду те же,
Слышим лишь ключей постылый скрежет
Да шаги тяжелые солдат.
Подымались как к обедне ранней,
По столице одичалой шли,
Там встречались, мертвых бездыханней,
Солнце ниже, и Нева туманней,
А надежда все поет вдали.
Приговор… И сразу слезы хлынут,
Ото всех уже отделена,
Словно с болью жизнь из сердца вынут,
Словно грубо навзничь опрокинут,
Но идет… Шатается… Одна.
Где теперь невольные подруги
Двух моих осатанелых лет?
Что им чудится в сибирской вьюге,
Что мерещится им в лунном круге?
Им я шлю прощальный мой привет.

Ведущий: Были унижены и уничтожены лучшие из лучших, у которых и в мыслях не было бороться против своего народа. Тысячи инженеров, сотни тысяч замученных, расстрелянных, загубленных партийцев, миллионы крестьян, маршалы и генералы, ученые и поэты, писатели и артисты, которые были на самом деле преданы Родине.

Чтец:
Уводили тебя на рассвете,
За тобой, как на выносе, шла,
В темной горнице плакали дети,
У божницы свеча оплыла.

На губах твоих холод иконки,
Смертный пот на челе… Не забыть!
Буду я, как стрелецкие женки,
Под кремлевскими башнями выть.

Ведущий: Эпоха сталинского террора была отличена введением особого вида наказания — депортации отдельных народов. Были изгнаны народы Прибалтики, немцы Поволжья, Украины, народы Кавказа, корейцы, народы Таймыра, калмыки, поляки и другие народности.

Чтец:
Пусть эти дни запомнят навсегда,
Пусть эти дни запомнятся на веки
Как дни войны, Чернобыля года,
И пусть не повторятся никогда,
Оставшись лишь в сознанье человека
Пусть будет вечный покой тем,
Кто пережил репрессии и голод
О них мы память в сердце сохраним,
Пусть дети, внуки тоже это помнят.

Ведущий: Сколько из этих жертв, принял наш Казахстан? Тяжелейшие испытания выпали на долю спецпереселенцев в первые годы их пребывания в Казахстане. Северный Казахстан стал местом ссылки корейцев, поляков, немцев, чеченцев, ингушей.

Всем,
кто клеймен был статьёю полсотни восьмою,
кто и во сне окружён был собаками, лютым конвоем,
кто по суду, без суда, совещаньем особым
был обречён на тюремную робу до гроба,
кто был с судьбой обручён кандалами, колючкой, цепями,
им наши слезы и скорбь, наша вечная память!

Ведущий: В наше село Дашко-Николаевку прибыли спецпереселенцы — немцы из Украины, Поволжья, Кавказа в 1941году. Трудно найти слова и передать те страдания, унижения, оскорбления которые пришлось пережить им. Прибыло 17 семей.

Ведущий: Из воспоминаний Щульца Ионата Людвиковича.

«Трудно найти слова, чтобы передать те страдания, которые выпали на наши немецкие семьи. Нужно было отмечаться в комендатуре. Некоторые местные жители воспринимали нас как фашистов, но были и очень добрые, понимающие люди, которые делились с нами последним куском хлеба, брали нас в свои семьи. А ведь на Украине у нас была обычная семья: дом, хозяйство, семь детей, нормальный крестьянский быт. Мы не могли себе и представить, что нам предстоит пережить. Но все изменилось, когда началась война и нас депортировали. Мне было тогда 11 лет».

Ведущий: Долг нынешнего поколения, да и не только нынешнего, — хранить память о жертвах политических репрессий, отдать должное пострадавшим от этой трагедии. Список репрессированных и реабилитированных в нашей Северо-Казахстанской области превышает 7 тысяч человек, расстрелянных около полутора тысяч.

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Рефератов нет, есть поурочные планы и разработки уроков